Талгат Баталов: Если не изменить, то хотя бы поставить зеркало

Московский театральный режиссер про то, как театр может влиять на городское пространство 

В Приморском театре молодежи во время международного театрального фестиваля "Метадрама — 2019" режиссёр Талгат Баталов поставил эскиз по пьесе "Человек из Подольска" современного драматурга Дмитрия Данилова.

Ученик Михаила Угарова, режиссер Театра.doc, семь раз номинировавшийся на премию "Золотая маска", Баталов предпочитает работать с действительностью гулких коридоров провинциальных театров, погружать далеких от столицы актеров в актуальный смысловой контекст и исследовать человеческое обнажение.

Мы поговорили с режиссером, каким образом можно раскачать архаическую театральную лодку.

Про себя

Я не теоретик театра, а практик. Я ищу инструменты, которые работают, а не анализирую их. Я работаю для себя. Это одновременно способ саморефлексии, исследование социума и самовыражение.

Но обслуживанием зрителей я не занимаюсь. Есть режиссеры, про которых знают, что он сделает "крепкую комедию", а этот – про любовь.

Но если посмотреть, что я ставил, будет сложно выделить один какой-то жанр: у меня были документальные спектакли, иммерсивный спектакль, современные пьесы, а не давно, в Пскове, поставил бульварную комедию, потому что мне было интересно так покрутить и пошатнуть первоначальный материал, чтобы он стал смешным.

Про современный театр

Современный театр – это то, что современному человеку интересно узнать про себя. Любой театр может быть современным, если режиссер пытается исследовать современность, и она ему интересна. Если не интересна, ничего не получится.

Про современного героя

Мы не знаем, кто современный герой, мы в его поиске. Вот в Подмосковье парень вступился за людей и погиб – это современный герой? С точки зрения поступка – это круто.

С другой стороны, почему он гуляет в мирное время по жилому району, вооруженный пистолетом? Худрука "Театра. DOC", моего учителя, Михаила Юрьевича Угарова как раз интересовал поиск современного героя, и один раз мы его нашли. Это известная история юриста Сергея Магнитского, который умер в изоляторе "Матросская тишина" за несколько дней до суда.

Будучи руководителем налогового отдела консалтинговой фирмы Firestone Duncan, он обнаружил действующие коррупционные схемы по хищению крупных сумм бюджетных средств и заявил об этом, хотя ему настоятельно рекомендовали не обращать на это внимание. Его посадили в тюрьму и убили за семь дней до суда. На первый взгляд он был совершенно простой, скучный слуга закона, который продолжал жить по правилам до последнего дня.

Но на фоне того, как живет большинство населения России с постоянными вынужденными нарушениями закона, он – пример современного героя.

Про моноспектакль "Узбек"

Я специально выбрал легкий жанр стендапа с панчлайнами и шутками, чтобы не впадать в исповедальную интонацию, рассказывая, как тяжело мигрантам, как нелегко менять место жительства, менять контекст.

Через юмор, через иронию современный зритель подключается гораздо быстрее, до него лучше доходит информация, он сильнее переживает происходящее, чем когда артист все проживает на сцене.

Про регионы

У нас очень большая страна. И если учитывать централизованную структуру бывшего СССР, где Москва была центром 15-ти союзных республик, то любое явление, которое движется из Москвы, в регионы приходит с опозданием, будь то модные сериалы или молодежные субкультуры. Поэтому про явление, актуальное для Москвы, в другом городе могут и не знать, хотя интернет везде работает с той же скоростью.

Очевидно, что интернет – это не решение проблемы, а всего лишь инструмент, и вопрос по его использованию – это контекст, в котором ты находишься.

И когда ты приезжаешь в регион, ты понимаешь, что какое-то время нужно будет потратить на то, чтобы погрузить людей в этот контекст. И начинаю я работу с актерами с того, что показываю современное кино и современные спектакли, чтобы быть с ними в едином смысловом поле.

По-человечески это объяснимо: зачастую у актеров просто нет времени что-то смотреть, они целый день в театре репетируют, а вечером бегут еще на какую-то халтуру, чтобы денег заработать. А в Москве люди понимают, что если ты не в теме – ты выпал, если ты живешь во вчерашнем дне, в сегодняшний тебя не возьмут. Как говорил Феллини: если ты не смотрел десять премьер последнего месяца, ты не в бизнесе.

С другой стороны, и в региональных театрах появляется понимание, что открытость к современным формам, к поиску этих форм – это возможность гастролировать, выезжать за пределы своих театров.

Интересно, что самые инертные и тяжело сдвигаемые с места регионы – это все, что вокруг Москвы: Тула, Владимир, Псков, а за Уралом – все гораздо живее и менее зависимо от столицы.

Про миссию

Для современного режиссера очень важно ездить по стране, а не сидеть только в Москве или в Питере, потому что необходимо знать, в какой стране ты живешь, с кем ты живешь, и полезно делиться тем, чему ты научился.

Про рамки

Никто мне никаких рамок не ставил, а если бы такое случилось, я бы отказался работать.

Про зрителя

При подготовке иммерсивного спектакля "Зеркало Карлоса Сантоса" мы заказывали платные социологические исследования на тему портрета современного зрителя, и результат был таким: в театры ходит примерно три процента населения России – это женщины 40+ и из-под палки ее муж, который, может быть, пойдет, если в буфете будет коньяк.

Поэтому и репертуар подбирается соответствующий – в основном, комедии или какая-нибудь хрень про любовь, чтобы тетеньки отдохнули после работы и душой, и телом.

Про продажи

Продажи – это самый неразвитый сегмент театра. Продажники — чаще всего это те же самые женщины 40+, которые знают, где скопления таких же женщин, и которые ездят по поликлиникам и школам, чтобы поделиться билетами.

Когда этот сегмент станет более модным, когда там начнут платить, когда там появится молодежь, которая будет современными методами рассказывать про театры, то ситуация изменится.

Про выбор

Режиссер Майя Клечевская поставила в маленьком польском городке Быгдощ эпатажный спектакль "Вавилон" по пьесе современного автора Эльфриды Элинек.

Это был спектакль про город, где люди могли понять что-то про себя, что с ними происходит сегодня. С того момента в театре стали ставить актуальные пьесы, стали звать довольно провокационных режиссеров, и за два года климат в городе полностью поменялся, а народ стал ломиться в театр.

Человек обычно сопротивляется чему-то новому, а потом понимает, что ему это необходимо, как воздух, потому что это про него, про то, что с ним происходит сегодня. Если театр не может все изменить, то он может хотя бы поставить перед человеком зеркало. И это важно. И это предмет нашей работы.

Американские сериалы Netflix, HBO – это же тоже явление относительно новое, очень современное и интересное. Раньше их не было, и все смотрели то, что было. Так что вопрос в качестве и разнообразии того, что мы предлагаем, как режиссеры. Это может быть очень качественная, действительно смешная комедия, а может быть тот отстой, который ставят большинство театров, когда актеры кривляются и дурачатся, но это не смешно.

Про материал

Я постоянно читаю современные и несовременные пьесы, бывало — по пьесе в день. Есть фестиваль "Любимовка", шорт-лист, лонг-лист – то, что написано молодыми русскими драматургами со всей страны. Я все время нахожусь в каком-то поиске, пока не пойму – это то, что надо: Курочкин, Вырыпаев, Клавдиев, братья Дурненковы.

Более старшее поколение: Рощин, Казанцев, Гремина, Угаров — это вообще очень важное явление, потому что до них было просто выжженное поле. Уральская школа во главе с Николаем Колядой и его учениками – Василием Сигаревым, Александром Архиповым.

Дмитрий Данилов из прозы пришел в драматургию и пришел очень успешно. Его "Человек из Подольска" ставился уже более двадцати раз. "Любовь людей" Дмитрия Богославского, которая тоже прозвучит на Метадраме-2019, ставилась более 60-ти раз в России и по миру.

Про прозу

С фестивалем "Территория" мы делали большой проект, когда театр происходил в разных жилых местах – на рынке, в отеле, фитнес-клубе, ТЦ "Леруа Мерлен". Мы отказались от драматургии и ставили молодую российскую прозу: Сенчина, Снегирева, Цыпкина, Елизарова.

Вообще сейчас проза мне интереснее, чем пьесы, там больше видения, больше объема, образы рождаются более выпуклыми.

Про проблемы

Глобальная проблема современного театра – отсутствие технических специалистов: нет технических директоров, нет специалистов по свету, звуку, видео. Современный театр предполагает технологичность, потому что мы живем в эпоху технологий, но театр – одно из самых отсталых в этом смысле мест.

Про актеров

Актеров намного больше, чем предложений. У нас если человек ходит и разговаривает, то он уже актер. По большому счету, нужно сократить воспитание артистов, и из тридцати вузов, которые их готовят, оставить три-четыре, а на остальных готовить специалистов по свету, звуку и видео.

Про консерватизм

Говорить, что современный спектакль — это только голые тела и мат, может только человек, который сам видел полтора спектакля, про остальное – где-то слышал, что-то ему сказали. Это примерно, как сказать, что академический театр – это кринолины и актерское переигрывание. Консервативный театр тоже может быть классным, он тоже может быть сделан круто. Просто если с этого начинать дискуссию, взгляд получится однобоким.

Современного театра на сегодняшний день очень много и разного. А голое тело — это тоже объект для исследования.

Мы 70 лет жили в стране, где на голое тело было табу и театр был театром говорящих голов. А сегодня театр может себе позволить исследовать и человеческое обнажение.

ИА Primamedia.ru
Подробнее: https://primamedia.ru/news/824762/

ПОДЕЛИТЕСЬ

Государственное автономное учреждение культуры «Приморский краевой драматический театр молодежи»

690091, Владивосток, ул. Светланская, 15а

Касса
+7 (423) 226-48-89

Билеты на VL.RU
+7 (423) 243-22-22

Присоединяйтесь


СДЕЛАЛ AIGER